Экологическая криминалистика вооружённых конфликтов

Экологическая криминалистика во время и после вооружённого конфликта — задача атрибуции из трёх отделимых частей: чем является загрязнитель, откуда взялся материал и можно ли хоть один из этих фактов связать с конкретным действием. Аналитическая химия здесь зрелая. Проигрывают дела на доказательственной цепочке.

Признаки, несущие происхождение

Полезны те измерения, в которых природный процесс сам вписывает место в вещество. Лёгкие стабильные изотопы делают это через воду: отношения кислорода-18 к кислороду-16 и дейтерия к водороду в осадках закономерно меняются с широтой, высотой и удалённостью от моря — связь, описанная Крейгом в 1961 году, — и этот сигнал переходит в растительные и животные ткани. Стронций работает через геологию: отношение стронция-87 к стронцию-86 в породе зависит от её возраста и содержания рубидия, переходит в почвенный раствор и усваивается растениями, а затем их потребителями, почти без фракционирования. Вместе они помещают древесину, слоновую кость или сельскохозяйственное сырьё в определённый регион, а не просто опознают его. Профили микроэлементов, измеренные методом масс-спектрометрии с индуктивно связанной плазмой, добавляют почвенный отпечаток, а изотопные отношения свинца отделяют промышленные источники загрязнения от геогенного фона.

Для ущерба от применения оружия часть признаков однозначна. Обеднённый уран опознаётся потому, что доля урана-235 в нём ниже природных 0,72 процента — такого изотопного соотношения не создаёт ни один природный процесс в окружающей среде. Остатки энергетических материалов, тротила и гексогена, а также продуктов их превращения сохраняются в почве, но разлагаются в сроки, из-за которых задержка между событием и отбором проб сама становится частью результата.

Опознание биологического материала

ДНК-штрихкодирование отвечает на более узкий вопрос: что это за вид. Для животных стандартный маркер — участок гена цитохром-c-оксидазы I длиной около 650 пар оснований; растения приходится определять по пластидным генам rbcL и matK, поскольку митохондриальная ДНК растений эволюционирует слишком медленно для разделения видов; грибы определяют по области ITS. Изъятый и переработанный материал обычно деградирован, поэтому применяют укороченные мини-штрихкоды, разменивая разрешающую способность на извлекаемую длину.

Всё это ограничено дважды. Метод опознаёт сравнением, поэтому образец, чей вид отсутствует в справочной библиотеке, вернёт ближайшего внесённого родственника, а не пустой ответ, — а покрытие справочников сильно смещено в сторону умеренных, хорошо изученных фаун. Недавно разошедшиеся или гибридизирующие виды одним маркером не разделяются вовсе.

Почему ограничение — допустимость, а не чувствительность

Лаборатория измеряет загрязнитель далеко ниже тех концентраций, при которых становится возможным довод об атрибуции, потому что атрибуции нужно сравнение. Без доконфликтного фона превышение приходится доказывать пространственным контролем, а для этого нужен доступ к незагрязнённому участку той же геологии — как раз то, что чаще всего перекрыто. Отбор проб в небезопасной зоне редко удовлетворяет требованию непрерывной цепочки хранения, а образец с недокументированным обращением аналитически безупречен и доказательственно слаб.

Юридический порог усугубляет это. Статья 8(2)(b)(iv) Римского статута признаёт ущерб природной среде военным преступлением лишь тогда, когда он обширный, долговременный и серьёзный, — условия совокупные и намеренно высокие, поэтому надёжно измеренное локальное загрязнение может не дотянуть до стандарта, ради которого его собирали.