Ферментные и пробиотические дезодоранты

Дезодоранты этого класса не маскируют запах и не останавливают потоотделение. Их мишень — ферментативная стадия между тем и другим, и разбирать их имеет смысл, только зная, что это за стадия.

Пот — ещё не запах

В подмышечной области работают две секреторные системы. Эккриновые железы выделяют разбавленный солевой раствор, охлаждающий тело; он практически не пахнет. Апокриновые железы, сосредоточенные в подмышке и включающиеся в период полового созревания, выделяют небольшой объём вязкого секрета, богатого белками, липидами и — что существенно — конъюгатами: непахучими молекулами-предшественниками, в которых летучее соединение связано с аминокислотой.

Свежевыделенный апокриновый секрет почти лишён запаха. Характерный запах развивается примерно за полчаса — ровно столько нужно резидентной микрофлоре кожи, чтобы подействовать на него. На этом наблюдении держится вся категория.

Два фермента, два семейства запаха

Основные одоранты удалось возвести к конкретным бактериальным ферментам.

Кислотная нота. 3-метил-2-гексеновая кислота и её родственники поступают на кожу связанными с глутамином. Виды Corynebacterium секретируют Nα-ацилглутамин-аминоацилазу, которая гидролизует амидную связь и высвобождает свободную летучую кислоту. Коринебактерии липофильны, растут медленно и предпочитают тёплые, закрытые, богатые липидами условия подмышки — поэтому подмышечный запах химически отличается от запаха стоп или кожи головы.

Серная нота. Более резкие тиоспирты — прежде всего 3-метил-3-сульфанилгексан-1-ол — приходят в виде цистеинилглицинового конъюгата. Staphylococcus hominis несёт и переносчик для этого конъюгата, и углерод-серную β-лиазу, расщепляющую его с высвобождением тиола. Далеко не каждый стафилококк на коже на это способен: признак штаммовый, а не видовой.

Отсюда прямо следуют два вывода. Во-первых, интенсивность запаха зависит от того, какие организмы присутствуют, а не только от того, сколько человек потеет. Во-вторых, вмешательство, меняющее состав сообщества, способно изменить запах, вовсе не меняя объём пота.

Что заявляют продукты и насколько это подкреплено

Постбиотические составы и ферментные фильтраты наносят метаболиты брожения — органические кислоты, пептиды, липиды, — а не живые клетки. Молочная кислота снижает поверхностный pH, а рост коринебактерий к pH чувствителен. Это наиболее выполнимое заявление: колонизация не требуется, нужен лишь устойчивый сдвиг локальной химии, и он измерим как изменение pH.

Продукты с живой культурой заявляют конкурентное вытеснение: внесённый штамм занимает нишу, которой воспользовались бы производители запаха. Препятствие здесь экологическое. Кожа суха, солона и бедна питательными веществами, а подмышечные сообщества выраженно индивидуальны и устойчивы месяцами. Транзиторный организм молочнокислого или кишечного происхождения вряд ли там закрепится, и почти никто не публикует данные о колонизации — публикуют результаты сенсорных панелей.

Заявления об ингибировании ферментов самые конкретные и реже всего подтверждаемые. Подавить аминоацилазу или β-лиазу — связная задача: оба фермента охарактеризованы и поддаются анализу in vitro. Но именно поэтому такое заявление проверяемо прямым тестом, а потребительские продукты предъявляют вместо него оценку экспертной панели.

Честный итог: биохимия здесь настоящая и для косметической категории описана необычно подробно. Не хватает доказательств того, что конкретная рецептура сдвигает эту биохимию, а не восприятие её результата.